Рынок СДМ: не кризис, но время возможностей

Российский рынок строительно-дорожных машин входит в 2026 год без иллюзий, но и без капитуляции. После резкого охлаждения спроса, дорогого лизинга и усилившейся конкуренции с импортной техникой отрасль оказалась в точке жёсткой переоценки приоритетов. В этих условиях на первый план выходят устойчивость бизнес-моделей, сервисная инфраструктура, технологическая модернизация и готовность работать «на опережение» будущего инфраструктурного цикла. О том, какие возможности открываются перед отечественными производителями уже сейчас и на что стоит делать ставку, с редакцией «Грейдера» поделился исполнительный директор компании «ЧЕТРА» Владимир Антонов.

С чем подходим к новому году?

В последние три года, пока российская экономика крепла к внешним воздействиям, казалось бы, будет понемногу крепнуть и отечественный рынок строительно-дорожных машин (СДМ). По одной из оценок, в 2024 году он должен был увеличиться за год на 6%  — до 2,67 млн действующих единиц (любого производства). А к 2029 году цифра обещала вырасти уже до 3,45 млн. На этом фоне вполне оптимистично были настроены и российские машиностроители, пусть пока и изрядно ушедшие в тень своих китайских коллег.

Однако уже в конце того же 2024 года стало понятно: высокая ключевая ставка, снижение стоимости сырьевого экспорта и объёма капитала в строительстве серьёзно придавили спрос. Как результат, по итогам 2025 года ожидается спад количества продаж на рынке СДМ на 50%. Снижение ставки рефинансирования и ожидаемое затоваривание рынка дешёвой китайской техникой в конце года кардинально ничего не поменяли. Лизинг по-прежнему дорог, а дилеры китайского автопрома себе в убыток работать тоже явно не собираются.

Кстати, не исключаю ухода с рынка до 20% из них. С нашими юго-восточными партнёрами построить устойчивую бизнес-модель им очень сложно. Они перешагивают через своих дилеров для роста продаж любой ценой.

Можно услышать прогнозы о сохранении кризисных условий на рынке СДМ как минимум до конца 2027 года, с учётом высокой зависимости от импортных поставок, роста стоимости владения техникой и неопределённости в части государственной поддержки отрасли. Так что, казалось бы, время «расправлять плечи» для отечественных производителей, мягко говоря, не совсем подходящее.

Присмотреться, понять, покорить 

Однако действительно большие возможности традиционно появляются именно в трудные времена. Так и все шансы кардинально улучшить позиции у отечественных производителей есть как раз «здесь и сейчас».

Это улучшение, собственно говоря, уже происходит. Так, по данным Минпромторга, если весь рынок СДМ в 2025 г. падает наполовину, то российского производства — лишь на 25% (у нас в ЧЕТРЕ — порядка 18%). Вообще же текущая доля российской спецтехники на рынке — 18% — к 2030 г. обещает вырасти не менее чем до 50%. И даже уже в следующем году — пусть это лишь наши внутренние прогнозы — ЧЕТРА намерена нарастить выпуск техники не менее чем на 40%.

Конечно же, волей-неволей привлекает внимание покупателей к российским СДМ рост ввозных пошлин (очередной — с 1 января). Такая ситуация быстро снижает предвзятость покупателей к отечественной продукции. Тем более что при, как минимум, сопоставимом качестве она, как правило, предполагает более качественное послепродажное сопровождение. Именно этот момент я бы поставил первым в списке обязательной проработки для амбициозных отечественных игроков в 2026 году. 

Быстрейшее развитие и расширение сервисных и складских сетей (своих и/или дилерских), выездное техобслуживание, подготовка сервисных специалистов и обучение техперсонала на стороне покупателя — подобные моменты стоит развивать и усиливать именно сейчас. Пользуясь случаем, надо увеличивать уже имеющийся качественный отрыв российских компаний от китайских, по-прежнему ориентированных, прежде всего, только на продажи.

Сервис особенно важен ещё и потому, что сегодня покупатель отходит от исключительно ценового приоритета в выборе СДМ в сторону оптимума «стоимость/эффективность/срок службы». И такие моменты, как, например, многодневные простои техники из-за отсутствия нужных запчастей или элементарного перевода мануала на русский, выбору в пользу машин из Китая — пусть формально и более дешёвых — явно не способствуют.

Но цена, конечно же, продолжит оставаться среди основополагающих конкурентных факторов. И сейчас, в условиях роста ценового давления на потребителя, вполне логичным выглядит рост продаж СДМ на вторичном рынке, а также увеличение спроса на их аренду. При этом растёт интерес потребителей к умеренно эксплуатируемым образцам — со своевременным ТО и подтверждённой историей. Так что само собой напрашивается развитие у производителей и их представителей соответствующих направлений —  программ trade-in, возможности той же аренды и пр. Это, кстати, может привлечь на рынок и непрофильных интересных игроков (а с ними и возможности) — например, страховые и оценочные компании.

И ещё один важный момент: максимальные объёмы финансирования инфраструктурных строек в России и ускорение дорожного строительства (продление трассы М-12, проекты в ДНР и ЛНР и др.) прогнозируются на 2027-2028 годы. Это значит, что потенциальные подрядчики, особенно с учётом неизбежного старения парка СДМ, должны начинать его обновление как раз в следующем году. Прямая работа с крупными дорожно-строительными организациями «на опережение» в такой ситуации может быть весьма полезной.

«Новый взгляд» как новая норма

Что касается изменений в облике и содержимом самих СДМ, то тут я бы выделил, во-первых, их массовую цифровизацию и автоматизацию. Системы дистанционного мониторинга и аналитики (в т. ч. облачные), GPS-трекинг становятся всё более востребованной, а вот-вот и обязательной рыночной опцией.

Помимо расширения функционала, общего курса на цифровизацию, элементарного удобства и пр., распространение подобных систем обусловлено и стремлением покупателей к снижению стоимости владения техникой и увеличению её жизненного цикла. А такие решения как раз повышают эффективность использования моторесурса, упрощают управление, снижают эксплуатационные расходы и аварийность.

Следующий шаг — применение роботизированных и беспилотных решений. Да, рассчитывать на их повсеместное распространение, по крайней мере, в России, в следующем году не приходится. Но те производители, которые не уделят вопросу должное внимание уже сейчас, рискуют отстать от прогресса. Возможно, даже безнадёжно. Подпись: Бульдозеры ЧЕТРА Т-15, Т-30  и Т-45 теперь сразу подготовлены под дистанционное управление.

Далее отмечу благоприятный момент для активного проникновения на рынок СДМ техники на электротяге и альтернативном топливе. ГСМ продолжают дорожать, что уже значительно повысило долю альтернативных машин на рынках складской (на электричестве) и специальной грузовой техники (на газе). СДМ в этом смысле немного отстаёт, однако сегмент однозначно «созрел».

Помимо экономии на ГСМ, привлекательности СДМ-«альтернативе» придают относительная бесшумность работы (что особенно актуально, например, при городском строительстве), повышенный ресурс двигателя и экологичность

Да, по ассортименту альтернативных моделей отечественные производители с теми же китайскими компаниями полноценно конкурировать пока способны вряд ли. Вывод: во-первых, свои линейки осваивать и расширять. В ЧЕТРЕ, например, уже реализованы бульдозеры (Т-11, Т-15 и Т-20), трубоукладчики (ТГ-122, ТГ-302) и экскаваторы (E220NC, E270, E330), работающие на СПГ. Также есть наработки в области электротяги (экскаватор Е220NC Electra) и водорода (Е220NC Hydrogen). Второе — активно пользоваться преимуществами господдержки, например, для производителей газовой техники (и надеяться на появление новых программ). И третье — совмещать выпуск альтернативных образцов с их «доукомплектовкой» традиционно сильными аспектами российского машиностроения: качественными металлами, высокой адаптированностью к местным условиям эксплуатации, устойчивостью к поломкам и пр.

Последний пункт стоит отнести и ко всей российской технике в целом. Традиции отечественного машиностроения — это фундамент всех изменений и адаптаций. Исключить его из нашего «уравнения со счастливым концом», конечно, нельзя. Как, впрочем, и вторую его часть.